Eсин (sinologist) wrote,
Eсин
sinologist

Что мы читаем

Попробовал почитать Набокова и, как и в прошлый раз, лет двадцать назад, не смог уйти дальше пятой страницы. От тяжеловесных, нерусских фраз Набокова на меня повеяло чем-то чужим и скучным. Не знаю, почему его считают великим. Не иначе как большая политика тоже в этом признание величия сыграла свою роль.
Не люблю теперь и Бунина. Первый раз я прочёл из Бунина лет 20 назад, в поезде Забайкальск-Чита, катившемся на закате по летней даурской степи, и моим первым рассказом была "Руся", как раз под обстановку и настроение. "Руся" мне понравилась и я начал читать дальше. Я любил Бунина, много читал его рассказов и всегда старался посмотреть экранизации его произведений. Известно, что с годами человек меняется не только физически, но и в мыслях и поступках тоже происходят изменения. Так и с Буниным. Высокомерная аристократическая хандра его и цинизм, замешанный на ныне уголовно наказуемых извращениях, прочитайте "Мадрид", мне чужда и, как показало время, неинтересна.
Другое дело Куприн. Его произведений полны человечности и доброты. Его язык красив и лёгок. Куприна я любил ещё с тех пор, когда в школьные годы, почему-то в тайне от матери прочитал и не совсем понял "Олесю". Спустя несколько лет было много ещё чего. Была "Яма", которая заставила меня по-другому взглянуть на те новые ещё, для того времени, объявления, которые в бульварных газетёнках "лихих 90-х" печатались под заголовком "Досуг". Был "Поединок" и был "Гамбринус" с памятной для меня " ...в Гамбринусе все были ценителями танцев...". Эта фраза натолкнула меня однажды на коммерческую идею, развитию которой я посвятил без малого год своей непутёвой жизни в Портовом городе. Из моей коммерции ничего не вышло и спустя год я оказался на берегах Жёлтого моря, тоже довольно памятный и интересный для меня период жизни, который был связан с творчеством немца Ремарка. Но обо всём этом отдельный рассказ.

Я читаю и перечитываю Паустовского, Бабеля, Казакова, Житкова, Пришвина, Тендрякова, почти своего земляка Вампилова и Василия Макаровича Шукшина. К Паустовскому, Бабелю и Гайдару я возращаюсь почти каждый день и очень жалею, что Бабель с Гайдаром не успели написать много. Мне интересен Грин, я много читаю о нём, но я пока не могу читать его: не то настроение. Я открываю заново много старых имён и знакомлюсь с именами,о которых раньше не слышал. На прошлой неделе я открыл Георгия Семёнова. В начале этого года один, на короткое время оказавшийся в Сиднее Остад, заново познакомил меня с нашим Тукаем, чьи стихи я читаю и перечитываю и каждый раз нахожу что-то новое. До сих пор не могу понять как человек, не проживший и тридцати лет, увидел, понял и рассказал столько, сколько не каждый может увидеть и понять за 70-80 лет жизни.
Я не могу читать, и вряд ли теперь когда смогу прочитать, Астафьева и Нагибина. Тоже, наверное, могу сказать и о Распутине. Хотя у каждого из них есть книги, которые когда-то не оставили меня равнодушным.

Я не могу читать на английском, кроме учебной и политической литературы, мне это не интересно. Правда недавно с великим удовольствием перечитал Алана Маршалла. Его книги я дал почитать ребятишкам. Для них это один из родных языков.
Я люблю читать на китайском, но у меня мало хороших и интересных китайских книг. А в китнете, как и англонете, - мало что можно почитать не покупая. Жаль.
С ребятишками я читаю много детской литературы/ Это помогает нам сохранять русский язык, старые добрые советские писатели для этого лучшее подспорье.
А Набокова, наверное, я больше не буду читать, не интересно.
Tags: чтение
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments